Айвазян дмитрий адвокат

Автор: | 28.04.2018

Содержание:

Айвазян дмитрий адвокат

Врач, юрист. Занимается правозащитной деятельностью в областях защиты прав пациентов, защиты по уголовным делам, в том числе и по статьям 109 (Причинение смерти по неосторожности), 111 (Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью), 118 (Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности), 124 (Неоказание помощи больному), УДО — защита интересов при условно-досрочном освобождении, освобождение от отбывания наказания в связи с болезнью.

Телефоны для связи: +7(495)543 5006, +7(925)543 5006.

Айвазян Дмитрий Владимирович

Основные данные:

При добавлении отзыва на страницу Айвазян Дмитрий Владимирович, постарайтесь быть объективными. Любой комментарий проходит проверку модераторов, это занимает время. Ваши слова должны быть ПОДКРЕПЛЕНЫ ДОКУМЕНТАЛЬНО(чеки, решения суда и пр.)! Оставляйте контакты, иначе ваш отзыв рискует быть удаленным!

Вся доступная информация об адвокате Айвазян Дмитрий Владимирович. Информация взята с открытого источника: сайта Минюста РФ и предоставляется посетителям на безвозмездной основе. Если вы Айвазян Дмитрий Владимирович и хотели бы дополнить, изменить или удалить информацию о себе, напишите нам письмо.
Данная страница не является официальной страницей адвоката. Данный адвокат не является сотрудником сайта ТопЮрист.РУ и не оказывает здесь консультаций. Если вы хотите решить свою проблему, то воспользуйтесь бесплатной юридической консультацией от наших партнеров.

Адвокат Дмитрий Айвазян о правах пациентов

15 февраля, 2013

Поделиться в социальных сетях:

Кто такой пациент; как защитить себя на рынке медицинских услуг; что делать и куда обращаться при неудовлетворенности качеством медуслуг — об этом и многом другом рассказал гость студии телеканала «Москва Доверие», адвокат Дмитрий Айвазян.

Поделиться в социальных сетях:

Все права на материалы, находящиеся на сайте m24.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта ссылка на m24.ru обязательна. Редакция не несет ответственности за информацию и мнения, высказанные в комментариях читателей и новостных материалах, составленных на основе сообщений читателей.

СМИ сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-53981 от 30 апреля 2013 г.

Средство массовой информации сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» создано при финансовой поддержке Департамента средств массовой информации и рекламы г. Москвы. (С) АО «Москва Медиа».

Учредитель и редакция — АО «Москва Медиа». Главный редактор И.Л. Шестаков. Адрес редакции: 127137, РФ, г. Москва, ул. Правды, д. 24, стр. Тел.: +7 (495) 728-73-81. Почта: [email protected]

Информация о погоде предоставлена Центром «ФОБОС». Источник и правообладатель информации о курсах валют — ПАО «Московская биржа». По условиям распространения информации обращаться на ПАО «Московская биржа». Информация о пробках предоставлена ООО «Яндекс.Пробки».

Дмитрий Айвазян: Как можно требовать с врачей качественное лечение, если законодатель закладывает цену сложной операции в 10 тыс рублей?

Константин Чуриков: Наша следующая тема – работа медучреждений. Еще полтора года назад президент поручил централизовать систему контроля за качеством их работы. И вот только на прошлой неделе правительство внесло в Госдуму законопроект об административной ответственности в сфере здравоохранения. Теперь, по замыслу авторов, Росздравнадзор сможет штрафовать больницы, поликлиники и их сотрудников. За что?

Вот хороший вопрос. Например, за отказ в бесплатной помощи, за невозможность выбрать себе конкретную поликлинику или врача, за нарушение порядка выписки лекарств. Суммы взысканий вы видите. Для организаций не такие уж и большие. Самые серьезные санкции предусмотрены за нарушение порядка оказания медицинской помощи, до 300 тысяч рублей.

Я не специалист, но формулировка звучит довольно обобщенно. За это организации будут наказывать такими суммами. Вроде все логично. Кто ходит в государственные поликлиники, тот знает, что там не всегда можно получить качественную и доступную помощь. Но теперь, когда появятся штрафы, что изменится?

Некоторые эксперты говорят, что в таком виде законопроект проблемы не решит. Штрафы вводятся по формальным признакам. О неправильных диагнозах в документе нет ни слова, а ведь люди сталкиваются с этим довольно часто. Я приглашаю в эту студию Дмитрия Айвазяна – это адвокат «Лиги защиты пациентов». Дмитрий Владимирович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Дмитрий Айвазян: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Знаете, мы позже поговорим о сути этих наказаний, о сути законопроекта. Мне просто интересно, а каким образом будут его применять. Росздравнадзор будет дожидаться жалоб со стороны пациентов, или он сам каким-то образом будет контролировать ситуацию и штрафовать?

Дмитрий Айвазян: Да, логично. Без какого-то посыла этот механизм не заработает. Должен быть какой-то первичный толчок — это заявление, жалоба со стороны пациентов или их родственников, если пациент ушел из жизни, и со стороны страховой компании, которая работает по обязательному медицинскому страхованию.

Константин Чуриков: Из этого мы делаем предположение, что опять-таки будет несистемный характер. Ведь президент просил создать централизованную систему контроля работы медучреждений, а здесь получается опять по заявкам, по обращениям.

Я постоянно хожу в суды по медицинским спорам, и спотыкаемся обычно о предвзятость и необъективность эксперта. То есть экспертиза – это главное

Дмитрий Айвазян: Обращение – это пусковой механизм, начало процесса. Понятно, что после этого возникает основание для разбирательства, то есть возбуждения какого-то производства, административного, например. То есть собирается группа неких экспертов. В составе чего будут эти эксперты? То ли это будут региональные эксперты, то ли федеральные, то ли какого-то отдельного ведомства эксперты-медики, которые будут решать, есть там нарушение или нет.

Это принципиальный вопрос. Я постоянно хожу в суды по медицинским спорам, и спотыкаемся обычно о предвзятость и необъективность эксперта. То есть экспертиза – это главное.

Константин Чуриков: Эксперт — очень часто человек вообще государственный, так или иначе.

Дмитрий Айвазян: Муниципальный, так скажем. В одном регионе, мне просто сложно представить, что в какой-нибудь Момской области нарушение и эксперт поедет из Москвы или иного региона или округа в эту область. Здесь должно быть какое-то заочное разбирательство. То есть есть пакет документов. Есть объективные данные. Кстати, здесь возникает вопрос об объективности.

При такой системе объективность первую роль играет. Это, прежде всего, ведение медицинской документации в электронном виде. Это очень важно для того, чтобы врач или медучреждение не имело возможности корректировать ту первичную медицинскую документацию, которая была.

Константин Чуриков: В крупных городах врачи только этим и занимаются. Он все время сидит в компьютере и даже на тебя не смотрит.

Дмитрий Айвазян: К сожалению, амбулаторные карты как были в письменном виде, так и остались. В крупных ведомственных медицинских учреждениях уже давно медицинская документация ведется в электронном виде. Не отчеты о том, какие процедуры, а именно медицинский статус, осмотр, жалобы. То есть сама медицинская карта должна вестись.

Читайте так же:  Кредит под залог от совкомбанка

Оксана Галькевич: По сути, документация сейчас дублируется. Всегда есть аналоговый носитель – бумажный документ, и есть электронная версия.

Дмитрий Айвазян: Электронной пока нету. Мы запрашиваем медицинские документы, и прокуратура, и суды предоставляют их только в печатном виде, причем в самом непотребном состоянии.

Оксана Галькевич: Журналисты заголовки уже придумали: «Обязательное медицинское штрафование». Как это изменит сложившуюся систему взаимоотношений врачей и пациентов?

Качественная современная медицина не может быть дешевой. А стрелки переводят на врачей

Дмитрий Айвазян: Поймите правильно, медицина дотационная, она не может быть массовой. Я говорю не про добровольное медицинское страхование, а ОМС. Она не может приносить доход изначально, это априори. Из этого должен исходить законодатель. Как может стоить операция, например, шунтирование или стентирование, которая не может стоить меньше, условно говоря, 150 тысяч, а законодатель закладывает условно 10 тысяч рублей. Как можно с врачей требовать качественное лечение? Медицина не может быть дешевой, хорошая медицина, качественная, своевременная. Поэтому здесь определенное лукавство. Стрелки переводят на врачей.

Оксана Галькевич: Давление дополнительное создается, прессинг такой психологический.

Дмитрий Айвазян: Мы все понимаем, и люди, и законодатели, что дотационная медицина, медицина стандарта по ОМС, они недофинансированы. По некоторым позициям не то что в разы, а даже на порядки. Это относится к высокотехнологическим, это относится и к лекарствам, это относится и к многим обследованиям, которые люди ждут месяцами и умирают, не дождавшись. Об этом нужно говорить.

Константин Чуриков: Но от того, что на каждую операцию, на каждую медицинскую услугу заложено меньше денег, чем должно бы, наверное, людям не легче, потому что многие не могут себе этого позволить.

Дмитрий Айвазян: Это преступление со стороны законодателя — ставить вопрос таким образом. Нужно законодателя спрашивать, почему медицина такая дешевая, почему недофинансировали ее. Мы живем в мегаполисе. Мы не уезжаем из Москвы более чем на 200–300 км. А регионы практически вообще не имеют медицины.

Константин Чуриков: Давайте спросим. У нас много зрителей в том числе в регионах. Скажите, пожалуйста, с какими случаями, которые, может быть, подпадают под законопроект, который сейчас скоро будет рассматривать Госдума, с какими случаями вы сталкивались у себя, в ваших городах. Звоните: 8-800-222-0014, звонок абсолютно бесплатный.

Оксана Галькевич: Без каких-то конкретных деталей, но люди очень активно присылают нам SMS с какими-то ситуациями жизненными. Например, человек пишет: «Неправильно был поставлен диагноз. Неправильно лечили. В итоге в 30 лет инвалидность и парализация». Вот еще нашего телезрителя возмущает такая ситуация: «Почему в России такие маленькие компенсации за неправильное лечение или даже убийство…».

Дмитрий Айвазян: По поводу компенсаций. Вот сейчас цифры показывали, с физлиц столько, с юрлиц столько. А куда эти деньги пойдут?

Оксана Галькевич: А куда?

Дмитрий Айвазян: Вот они должны или соразмерно делиться между потерпевшим, условно говоря, потерпевшим или его родственниками, и бюджетом. А ведь этого в законопроекте, насколько я понимаю, нет. Просто будут штрафоваться и все. А куда эти деньги идут? То есть законодатель, формулируя закон, фактически работает на себя. Где можно собрать денег?

Константин Чуриков: Снова пополним бюджет. Непонятно еще, эти деньги вообще в медицину пойдут или на что-то другое?

Дмитрий Айвазян: Я в защиту врачей. Они и так поставлены на грань выживания. Сейчас нехватка кадров страшная. В сельской местности, в регионах вообще врачей нет. А то, что мы называем медициной — это фельдшера и медсестры, которые дорабатывают свой век. А что говорить о пенитенциарных системах, о системах наказаний. Там вообще не пахнем медициной.

Константин Чуриков: А вот как юрист что вы скажете по поводу пункта «нарушение порядка оказания медицинских услуг»? Очень размыто звучит. Можно к чему угодно…

Дмитрий Айвазян: Можно только предполагать, что имел в виду законодатель — «порядка оказания медицинских услуг». Скорая помощь приехала вместо 20 минут в 30 минут, является ли это порядком? Или доктор выписал на бумажке лекарства и порекомендовал ехать в Германию, потому что в России этого лекарства нет. Он как добросовестный человек, как врач говорит: «Вы по ОМС не вылечитесь. У нас не предусмотрено то, что я вам назначу. Я, конечно, могу дать вам по стандартам и забыть про вас, но вам от этого легче не будет. Вот на бумажке напишу, и езжайте в Германию или Израиль, купите это лекарство и лечитесь им». Может, это имелось в виду?

Оксана Галькевич: Вот нам люди пишут: «Зачем штрафовать больницы? Это все-таки бюджетная медицина. И так не слишком богатая. Последних денег лишают больных за наши же налоговые деньги». Может быть, мысль такая, что деньги из бюджета выделяются, потом государство штрафует этих врачей и этих специалистов. Деньги таким образом ходят по кругу непонятно для чего.

Дмитрий Айвазян: В том-то и дело, что эти штрафы даже до бюджета не дойдут. Потому что у медиков, у медучреждений даже в бюджетах не предусмотрены эти траты. Откуда они будут брать? С фонда заработной платы? Или опять ужимать в коечный фонд? Я просто не представляю.

Оксана Галькевич: Из заработной платы, наверное. Как пишут нам люди, «нагрузка на врачей очень большая, дикая, зарплата у рядовых врачей смешная».

Константин Чуриков: Дмитрий Владимирович, вы говорите, что участвуете в судебных процессах, следите за всем этим. Вот сейчас каков процент в судах вердиктов в защиту самих пациентов? Суд часто встает на защиту пациентов?

Дмитрий Айвазян: Если экспертиза указала на явные нарушения, то практически всегда. В этом отношении суды более-менее объективны. То есть суд повторяет мнение эксперта. Что эксперт написал, то суд и повторил. Тут большого ума не надо. Другое дело, что эксперты очень сильно загружены. По трем экспертизам у меня сейчас дела в суде, два по уголовному, одно по гражданскому, нас эксперт предупредил: «Полтора года будете ждать». О каком восстановлении прав идет речь? Это просто насмешка.

Константин Чуриков: Пациенты – люди с плохим здоровьем, тем более, которые судятся.

Дмитрий Айвазян: И это не бесплатно. Средняя стоимость экспертизы в Москве от 100 до 200 тысяч.

Константин Чуриков: Только обеспеченный сможет себе это позволить.

Оксана Галькевич: Дмитрий Владимирович, а вот по вашему адвокатскому опыту, если можно по типам жалоб, какие обращения наиболее частые? На что чаще жалуются? С какими проблемами к вам обращаются?

Дмитрий Айвазян: Стоматология, экстренная хирургия, реаниматология, косметология, акушерство, гинекология — очень много.

Константин Чуриков: Есть нарушения, которые рассматриваются в судебном порядке. И есть бытовые, которые каждый день, о которых вы знаете как практик, люди знают. Чаще всего что?

Дмитрий Айвазян: Поборы и отказ в оказании медицинской помощи.

Константин Чуриков: Поборы. Мне казалось, во всяком случае, со многими медиками общаясь, я понял, что они очень боятся, когда у них УБЭП дежурит в коридоре, как они говорят.

Дмитрий Айвазян: Доктор не выдал договор за оплату, если это частный доктор. Не выдал договор, не выдал квитанцию. Как доказать, что вообще был? А если говорить про поликлиники, то здесь простор для манипуляций огромен. Конечно, это не носит системный характер, как было когда-то. Доктора в мегаполисе очень дорожат своим местом и в скорой помощи. Другое дело — в регионах. Там как-то выживают, и то за счет населения. Можно назвать это побором, нельзя? Бабушка принесла с огорода что-то, или как-то заплатили за то или иное обследование, не знаю. Но манипуляций здесь достаточно много, и можно представить себе, как доктор выживает в этих условиях.

Константин Чуриков: Дмитрий Владимирович, вот что касается поборов и что касается требования врачей в некоторых случаях оплатить услугу. Но у нас по страховке ОМС далеко не все бесплатно. То есть люди могут где-то четко себе ответить на вопрос: «Вот за это тебе придется заплатить». Чтобы они удостоверились на каком-то сайте.

Читайте так же:  Перенос отпуска по инициативе работника заявление

Дмитрий Айвазян: Все настолько зыбко. К примеру, человек получил повреждение, травму, как я около года назад. Скорая помощь, стационар, дальше доктор подходит и говорит: «Да, операцию я буду делать бесплатно, но за средства медицинского назначения, грубо говоря, за какую-то часть костной ткани, тебе надо заплатить. Потому что у нас по России по ОМС – это железка, и тебе через год, через два надо будет менять. Это стандартная ситуация. Вот это будет стоить 150 – 200 тысяч. Причем, не в карман, а дилеру». Дилер 10-20%. Это понятное дело. Это никто не скрывает. Вот, что такое ОМС. Взять лекарства – то же самое. «Мы вам назначили лечение. Можете лечиться по ОМС, а можете так, как надо».

Константин Чуриков: И вот тут препаратик есть, стоит дорого.

Дмитрий Айвазян: Вы знаете, он не достает из кармана препаратик.

Константин Чуриков: Естественно, он его рекомендует. Этого достаточно.

Дмитрий Айвазян: Он просто рекомендует, и никак этого не докажешь.

Константин Чуриков: В свое время, я помню, в кабинетах врачей были брендированные ручки, календарики и все на свете.

Многие препараты, лекарства, средства медицинского назначения по ОМС — я не знаю, для чего, для кого они. Они вообще для людей не предназначены

Дмитрий Айвазян: Вы знаете, доктор же не лукавит. Он действительно хочет помочь больному. Он не болеет за свой карман. Потому что многие препараты, лекарства, средства медицинского назначения по ОМС — я не знаю, для чего, для кого они. Они вообще для людей не предназначены. Может быть, для животных. Поэтому чаще всего доктор прав. Другое дело: кто за это платить будет?

Оксана Галькевич: Нам присылают сообщения… по сообщениям видно, что люди не всегда понимают, как устроена наша нынешняя страховая медицина. У вас случается такое, что приходится на пальцах объяснять не нам, а людям, которые к вам обращаются?

Дмитрий Айвазян: Объясняю. Страховая от нестраховой отличается только одним — это интерес страховой. Что такое интерес страховой? Это значит при возникновения страхового случая выгодоприобретатель заинтересован эти расходы оптимизировать. В данном случае это страховая компания, которая этим всем занимается. Но получается какой страховой случай? Застрахованные никогда не знают, когда нарушили их права, то есть назначили не то лекарство, не тот диагноз, не так лечили, не то обследование. Страховщик наказывает медучреждение, а больной об этом ничего не знает. Между собой деньгами обмениваются. А система должна быть прозрачной.

Константин Чуриков: В этой цепочке надо сказать, что вообще-то эта структура, как Фонд обязательного медицинского страхования, она на меня производит двойственное отношение. Я один раз ездил на интервью в один из региональных фондов. И, знаете, на разных интервью бывал, но дороже и богаче устроенного кабинета в своей жизни не видел. Прямо вам скажу.

Оксана Галькевич: Переплюнули пенсионный фонд, хочешь сказать?

Константин Чуриков: Абсолютно. Вот спрашивают: штат работников ОМС огромен на самом деле? Здесь какой-нибудь баланс можно ли соблюсти?

Дмитрий Айвазян: По штату, по структуре работы. Мне приходилось с ними сталкиваться. Знаете, впечатление, как будто я в болото попал какое-то. То ли они всего боятся… Я приезжал с какими-то запросами, вопросы какие-то решали, но никому ничего не надо. Они обязаны по правилам проводить экспертизы качества медицинской помощи, своевременность оказания медицинской помощи. Очень нередко случается сговор между страховой компанией и медицинской организацией, которая работает по ОМС.

«Мы вас накажем, но не очень, но за это вы напишите так, как нужно в экспертизе качества оказания медицинской помощи». Хотя в последнее время страховщики, страховые компании как-то пытаются, ну, не везде, но тренд такой наметился, проводить экспертизу качества своевременно и качественно, и объективно расследовать. Хотя это очень затратно, и привлекают для этого специалистов, а они немало стоят.

Оксана Галькевич: Нам телезрители пишут, что часто экспертизу проводят те, кто ни одного дня не вел пациента в больнице. Такая претензия.

Дмитрий Айвазян: В структуре страховых компаний клиницисты не работают, как правило, то есть практикующие врачи. И в особо сложных ситуациях привлекают практикующих врачей, как правило, тех, кто работает в этом регионе. Возьмем, к примеру, Томскую или Кемеровскую область. В страховую компанию пришла жалоба. Сложный случай, очевидные нарушения. Ну, кого? Там 2-3 медицинских центра, давайте оттуда. А один из этих медицинских центров является заинтересованным лицом. О каком качестве может идти речь? С этого нужно начинать.

Константин Чуриков: Наши зрители так вам доверились, что уже просят каких-то советов уже чисто врачебного толка, все-таки будем оставаться в нашей теме. В законопроекте также предусмотрены штрафы в отношении аптек, которые выставляют не те ценники, превышают максимально допустимый порог по жизненно важным лекарствам. Вот если уже взять аптеки, в этой части это интересно, это будет работать?

Дмитрий Айвазян: Аптеки – это все-таки коммерческие учреждения медицинские. Они в большей степени, чем клинические учреждения нацелены на получение прибыли. То есть они априори не могут быть убыточными. Они должны показывать рентабельность обязательно. Иначе учредители их просто закроют. С этого все начинается. То есть дешевое не покупаем. Покупаем самые раскрученные бренды, по бросовым ценам, как правило, у непонятно каких производителей. Вот это на самом деле проблема.

Оксана Галькевич: Нас спрашивают: «На УЗИ по беременности не заметили серьезную патологию плода. Ребенок в итоге родился инвалидом. Можно ли наказать врача УЗИ?». Были ли у вас такие случаи?

Дмитрий Айвазян: Конечно, были. Нужно поднимать всю медицинскую документацию. Исследовать подробным образом это УЗИ-исследование, назначения врача, временной фактор немаловажное значение имеет, того же гинеколога, акушера, который вела. Конечно, решает эксперт, можно.

Константин Чуриков: Очень часто, действительно специалисты-врачи УЗИ очень формально относятся. Даже иногда, как мы говорим на жаргоне, «включить глаза», просто посмотреть на то, что ты делаешь.

Дмитрий Айвазян: Это как раз к вопросу о неоказании медицинской помощи — включить мозг, клиническую мысль. Да, можно тупо смотреть на пациента и отсчитывать секунды 7 минут: «Ну что ты хочешь от меня?». «Все, 7 минут прошло. Следующий!». Вот это к вопросу отказа от оказания медицинской помощи: он может быть активным, а может и пассивным.

Константин Чуриков: Вот нам зритель пишет из Иваново: «Штраф надо взыскивать с государства в пользу пациента, ведь это оно, государство, учило врачей, установило мизерные зарплаты и придумало стандарты лечения. Вот пусть и отвечает».

Оксана Галькевич: Тема медицины у нас традиционно всегда очень активно проходит обсуждение с участием наших телезрителей. Не все мы успели прочитать, но многие вопросы все-таки обсудили. Спасибо вам большое. В гостях у нас был Дмитрий Владимирович Айвазян – адвокат «Лиги защиты прав пациентов». Спасибо.

Адвокат Дмитрий Айвазян

УСЛУГИ:
• головные дела
• арбитраж
• сопровождение сделок с недвижимостью
• ДТП
• страхование
АДРЕС: 119049, МОСКВА, м. Октябрьская, КАЛУЖСКАЯ ПЛОЩАДЬ, ДОМ 1
ТЕЛЕФОН: +7 (495) 543-50-06, +7-903-109-50-95

Среди оказываемых юридических услуг: регистрация ООО , расторжение брака , составление договоров , арбитраж , регистрация предприятий , регистрация предпринимателей , регистрация юридических лиц , регистрация компаний . Здесь вы найдете все адреса юристов, ближайшее метро своего района.

Арбитражный процессуальный кодекс РФ
Бюджетный кодекс РФ
Водный кодекс РФ
Воздушный кодекс РФ
Градостроительный кодекс РФ
Гражданский кодекс РФ
Гражданский процессуальный кодекс РФ
Жилищный кодекс РФ
Земельный кодекс РФ
Кодекс внутреннего водного транспорта РФ
Кодекс врачебной этики
Кодекс об административных нарушениях
Кодекс профессиональной этики адвоката РФ
Кодекс этики аудиторов РФ
Конституция РФ
Лесной кодекс РФ
Налоговый кодекс РФ
Семейный кодекс РФ
Таможенный кодекс
Трудовой кодекс РФ
Уголовно-исполнительный кодекс РФ
Уголовно-процессуальный кодекс РФ
Уголовный кодекс РФ

Читайте так же:  Разовый срочный трудовой договор

Закон РФ «О защите прав потребителей»
Закон РФ «Об авторском праве и смежных правах»
Закон РФ «Об образовании»
Закон РФ «Об обжаловании в суд»
Закон РФ «О вывозе и ввозе культурных ценностей»
Закон РФ «О медицинском страховании граждан»
Закон РФ «О милиции»
Закон РФ «О потребительской кооперации»
Закон РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ»
Закон РФ «О налогах на имущество физических лиц»
Закон РФ «О плате за землю»
ФЗ «О банках и банковской деятельности»
ФЗ «О бухгалтерском учете»
ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле»
ФЗ «О ветеранах»
ФЗ «О гражданстве Российской Федерации»
ФЗ «О жилищных накопительных кооперативах»
ФЗ «О землеустройстве»
ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»
ФЗ «О некоммерческих организациях»
ФЗ «Об акционерных обществах» (АО)
Закон РФ «О беженцах»
Закон РФ «О безопасном обращении с пестицидами»
Закон РФ «О безопасности дорожного движения»
Закон РФ «О бюджете фонда социального страхования»
Закон РФ «О ведомственной охране»
Закон РФ «О ветеринарии»
Все законы РФ

Дмитрий Айвазян: у нас на здоровье граждан любят экономить

Суды по медицинским вопросам. Гость студии радио «Вести ФМ» — Дмитрий Айвазян, адвокат Лиги защиты прав пациентов.

Андреев: У нас в гостях — адвокат Лиги защиты пациентов Дмитрий Айвазян. Дмитрий Владимирович, здравствуйте! Говорить мы будем сегодня о случае, который произошел в Шереметьево в этом месяце, когда 24-летний парень, пассажир одного из рейсов, скончался — как говорят, из-за того, что ему не была своевременно оказана медицинская помощь. Обсудим сегодня, как избежать подобных случаев. Но поскольку трагедия уже произошла, человека не вернешь, на что в данном случае могут рассчитывать его родственники? Будут ли им, на ваш взгляд, компенсированы потери, хотя бы финансовые потери от произошедшего?

Айвазян: Иск о компенсации морального вреда супруга вправе направить в суд гражданский. Соответственно, здесь необходимо доказывать те обстоятельства, на которые она будет ссылаться. А именно — виновность, если это скорая помощь, подстанция скорой помощи будет отвечать. Если это — диспетчер аэропорта Шереметьево, значит, акционерное общество «Шереметьево». Если это — сбой передачи информации произошел по вине работников авиакомпании, значит, авиакомпания. Поэтому, конечно, многое зависит от той степени вины, которая была у конкретных лиц.

Сейчас можно только предполагать, что доказательств надо будет собирать много. Нужно, конечно, оценивать все фонограммы, которые были, имели место, нужно оценивать все медицинские документы, нужно опрашивать много свидетелей. Чтобы свидетелей было достаточно, чтобы оценить, в том числе, и качество оказания медицинской помощи. Возникает вопрос: а при каких обстоятельствах человек умер? Свидетелей, насколько я вижу из информации о его смерти, свидетелей его смерти, кроме реаниматолога, врача скорой помощи, нет. Он умер, насколько я понимаю, в машине скорой помощи. Что там было, при каких обстоятельствах, какой диагноз — это предстоит выяснить.

«Если публика заранее будет знать, кто проводит экспертизу — не позавидуешь этому специалисту!»

«Вероятность, что возбуждённое дело дойдёт до суда — небольшая. Думаю, будет большое лоббирование со стороны акционеров Шереметьева. Дело, скорее всего, развалится».

«Те, у кого хронические заболевания, должны понимать, что в общественных местах в России в течение 40-50 минут, если вдруг что случится, им не окажут качественную медпомощь».

«Подобные несчастные случаи — регулярны в аэропортах, просто не доходят до публики».

«Пока человек находится в самолёте, за его жизнь должен нести ответственность экипаж. Пока — в аэропорту, то, соответственно, сотрудники аэропорта».

«Согласно порочной практике в нашей стране, затраты на здоровье и жизнь человека считаются нерентабельными».

«Всё — в руках судей. Судебное сообщество должно понимать, что компенсации за человеческую жизнь должны быть на уровне госкомпенсаций в 1-2 млн».

Полностью слушайте в аудиоверсии.

Нам нужен налог на кислород!

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЁВ: «Что должно было случиться в жизни одной отдельно взятой гражданки, чтобы она вдруг решила ввести налог на колбасу и сосиски? Полное отсутствие социальной ответственности, понимания, что такое налоги, как ими управляют, это не останавливает таких людей. А если какой-нибудь кретин веган окажется в каком-нибудь совете? Я говорю именно про кретинов, которые захотят распространить свой бездарный опыт на все человечество!»

Призыв отказываться от прививок – вражеская агитация

АЛЕКСАНДР МЯСНИКОВ: «Отказ от прививок активно несут в массы. Кто-то их слушает, не прививает своего ребенка, а ребенок умирает. Их надо просто обвинять, хотя бы морально, хотя бы публиковать имена. Люди должны видеть результат своих действий. От их действий люди умирают, реально умирают».

“Валокордин и корвалол опасны для самих пациентов”: врач о предложении ГИБДД приравнять ряд лекарств к наркотикам и алкоголю

ГИБДД готовит список препаратов, которые приравняют к наркотикам и алкоголю. Сейчас законодательный пробел позволяет водителям садиться за руль, фактически находясь в состоянии опьянения от принимаемых ими лекарств. Разумна ли эта инициатива? Об этом «Вестим FM» поговорили с доктором медицинских наук, врачом-терапевтом, нефрологом Никитой Неверовым.

«Превратила дом в посмешище»: от петиции против онкобольных детей все открестились

Семья с онкобольными детьми, которых соседи пытались выселить из многоквартирного дома, выехала из квартиры в связи с перерывом в лечении. В фонде «Подари жизнь» пояснили, что это не связано с конфликтом с жильцами, которые решили, что рак – заразная болезнь и опасна для окружающих.

Куда бежать и что делать: россиянам доступно разъяснили их права на бесплатную медпомощь

Минздрав создал памятку о правах россиян на бесплатную медпомощь. Документ изложен доступным для понимания языком, без сложных формулировок. Кроме того, впервые в программе госгарантий оказания медпомощи появился норматив по профилю «онкология».

«Чудо-матрас»: купил – деньги «дяде» подарил

Чудо-матрас за немалые деньги. «Купил – и здоров», как гласит реклама. На деле синтетический мешок со стеклянными шариками за 40 000 рублей только опустошает кошельки покупателей. Чаще всего – пенсионеров, которые стремятся приобрести панацею от всех болезней.

Болезнь, которая никого «не слышит»: почему сложно бороться с анорексией

С подиума – в реанимацию. В соцсетях начали собирать деньги на лечение сестер-близнецов из Липецка, которым в модельном агентстве рекомендовали похудеть, чтобы “выделялись скулы». Девочки так хотели стать моделями, что довели себя до анорексии.

Еда, которая нас ест

Опасная еда. Москвича, который купил в магазине упаковку сушеного инжира, укусил тропический паук. Рука воспалилась – медикам пришлось буквально спасать его жизнь.

Дешевле можно, дороже нельзя: цены на лекарства сверят со «странами-индикаторами»

Льготных лекарств станет больше. Правительство планирует пересмотреть цены на жизненно важные препараты – их закупают для больниц, поликлиник и льготников за госсчёт. За основу возьмут минимальную стоимость этих лекарств в других странах. По мнению экспертов, многие жизненно важные медикаменты после переоценки подешевеют в несколько раз.

Дмитрий Айвазян: у нас на здоровье граждан любят экономить

Суды по медицинским вопросам. Гость — Дмитрий Айвазян, адвокат.

Больные в психбольницах содержатся в ужасных условиях

Минздрав собирается пересмотреть стандарты оказания психиатрической помощи. Сделать это чиновники Минздрава согласились под давлением многочисленных жалоб родственников пациентов.

Из-за халатности уролога погибла пациентка

В столице возбуждено уголовное дело в отношении уролога поликлиники Минэкономразвития, из-за возможной халатности которого погибла пациентка. Проверка показала, что в декабре 2009 года врач выдал своей пациентке направление на проведение компьютерной томографии почек при помощи контрастного вещества. После того, как женщине ввели контрастный препарат, у нее развилась сильнейшая аллергическая реакция, которая затем перешли в анафилактический шок. В результате женщина умерла.